Александр Николаевич Островский · 1859 · Драма
Островский показывает город Калинов как «тёмное царство», где правят самодуры. Дикой вымещает злобу на тех, кто не может ответить: он ругает племянника Бориса и работников, а на просьбу Кулигина о деньгах на громоотвод отвечает бранью. Кабаниха держит дом в страхе и требует, чтобы Тихон «приказывал» жене. Самодурство держится не на правоте, а на зависимости слабых, поэтому оно разрушает и зависимых, и самих тиранов.
Катерина вспоминает детство как жизнь на воле: «Я жила, ни об чём не тужила, точно птичка на воле». В доме Кабановых её каждый шаг оценивает свекровь, и ей нечем дышать. Она не может ни уйти, ни изменить жизнь, и единственным выходом становится прыжок с обрыва в Волгу. Её гибель — протест против порядков, в которых для живой души нет места.
Катерина полюбила Бориса, пока Тихон был в отъезде, но не умеет лгать и скрывать. Её душевное смятение усиливает гроза и фреска с «геенной огненной». Она публично признаётся мужу и Кабанихе в измене. Для Варвары важен лишь внешний порядок, для Катерины — внутренняя правда. Тяжесть вины оказывается для неё мучительнее смерти.
Катерина замужем за Тихоном, но не любит его, и её чувство к Борису вспыхивает вопреки долгу. Свидания в овраге дают ей короткое счастье, за которое она платит болью. Она не оправдывает себя и всё же не может «вернуться» в прежнюю жизнь. Островский не осуждает её, а показывает, как бесчеловечные нормы ломают живое чувство.
Самоучка Кулигин мечтает о вечном двигателе и громоотводе, чтобы облегчить жизнь людей. Дикой отвергает его затею и считает грозу божьей карой, а странница Феклуша рассказывает дикие небылицы о дальних землях, где правят салтаны и живут люди с пёсьими головами. Темнота жителей вредна: страх перед грозой подталкивает Катерину к публичному покаянию. Просвещение в пьесе есть, но оно бессильно перед самодурством.